Навигация по сайту

Навигация по сайту

Реклама

Реклама

Яндекс.Метрика

Учение Г. Селье о стрессе


Концепция стресса является старой. Вероятно, представление о ней имелось уже у доисторического человека в том смысле, что существует что-то общее в потере силы и чувстве изнеможения, которые проявляются после тяжелой работы, длительного пребывания на холоде или жаре, после потери крови, мучительного страха или любой болезни. Возможно, он не осознавал однообразия реакции на все, что было слишком тяжелым для него, но когда он приходил в чувство, он должен был осознать, что ему были предъявлены требования, лежащие за пределами того, с чем он мог справиться; иными словами, что ему «пришлось нелегко».

Еще более остро эта проблема встала перед врачами. Каждый из Вас может вспомнить, что больного человека сразу можно отличить от здорового. Мы говорим: «Что-то ты сегодня нехорошо выглядишь. Уж не болен ли ты?». Мы не можем, в большинстве случаев, сразу определить болезнь, но что у человека есть какие-то неполадки со стороны здоровья, мы видим. Следовательно, при многих болезнях есть какие-то общие проявления. Собственно поэтому и возник наш предмет, о чем мы говорили в первом разделе, когда отметили, что профессор Московского университета С.Г. Зыбелин, читая курс общей патологии, обращал внимание на описание симптомов, свойственных многим заболеваниям.

На протяжении XIX и XX в. предпринимались неоднократные попытки выделить общие регуляторные механизмы, формирующие эти стереотипные процессы. Американский исследователь Кеннон отводил центральное место симпатико-адреналовой системе, Л.А. Орбелли подчеркивал адаптационно-трофическую роль нервной системы, И.П. Павлов уделял большое внимание охранительному торможению, А.Д. Сперанский — стандартным реакциям нервной системы.

Ho больше всех преуспел в этом направлении канадский ученый Г. Селье. В 1925 г., будучи студентом второго курса медицинского факультета немецкого университета в Праге, он впервые столкнулся с проблемой общих симптомов у больных, страдающих различными заболеваниями. И хотя она вызывала определенный интерес у него, но не послужила еще поводом для серьезного анализа. Вновь о себе она напомнила Г. Селье уже в 1936 г., когда он уже работал в отделе биохимии Монреальского университета Мак-Гилла (Канада) и пытался найти новый гормон в экстрактах яичников крупного рогатого скота. Он вводил эти препараты крысам, надеясь обнаружить новые реакции органов, которые нельзя было объяснить действием любого из известных гормонов. К большому удовольствию молодого исследователя, даже первые инъекции неочищенных экстрактов сопровождались характерной триадой:

1. Кора надпочечников была увеличена и содержала незначительное

количество липидных секреторных гранул.

2. Тимус, селезенка, лимфатические узлы и другие лимфатические структуры подвергались сильной инволюции.

3. В желудке и двенадцатиперстной кишке возникли глубокие кровоточащие язвы.

В дальнейшем весь этот комплекс изменений в организме получил название классической триады Г. Селье.

Выраженность указанных явлений варьировала от незначительных до ярко выраженных в зависимости от количества введенного экстракта.

Сначала он приписал эти изменения действию нового полового гормона, присутствующего в экстрактах, однако вскоре обнаружил, что все токсические вещества — вытяжки из почек, селезенки и даже токсические вещества неживого происхождения вызывают тот же синдром. И тут он вспомнил свои студенческие мысли о «синдроме заболевания вообще» и пришел к выводу, что реакция, вызванная введением неочищенных экстрактов и токсических веществ, является экспериментальной моделью этого синдрома. Эта реакция была описана Г. Селье в журнале «Nature» как «синдром, вызванный различными повреждающими агентами». Изучение ее позволило Г. Селье сформулировать учение о стрессе.

Идеи Г. Селье первоначально не встретили поддержки у исследователей. Один из ученых прямо сказал, что тот занимается «фармакологией грязи». И только сэр Фредерик Бантинг (тот самый, кто открыл инсулин) проявил интерес к работам Селье, оказал ему моральную поддержку, помог получить первую финансовую помощь в 500 долларов.

Естественно, встал вопрос, как назвать этот синдром, чтобы отойти от специфических реакций, и как назвать общие свойства различных патогенных факторов. И Селье воспользовался уже применявшимся в биологии термином «Стресс» (Stress — анг. напряжение), а для того, чтобы подчеркнуть общие неспецифические свойства патогенных агентов, стал называть их стрессорами.

Он дал следующее определение этой стереотипной реакции: «Стрессом называется неспецифическая реакция организма на любое предъявляемое к нему требование, т.е. это неспецифическая реакция организма на любой раздражитель».

1. Стресс характерен для целого организма, поэтому едва ли правильно говорить, как это делают некоторые исследователи, о стрессе клетки или стрессе популяции.

2. He существует гак называемого специфического стресса (хирургического, защитного, холодового, плавательного, гравитационного, эмоционального, болевого, гемотрансфузионного, социального и т.д.). А имеющиеся в этом смысле термины лишь подчеркивают специфическую особенность стрессора, что для самой реакции несущественно.

В настоящее время мы знаем, что пути, через которые опосредуется стрессорная реакция, чрезвычайно сложны. Когда агент воздействует на организм, эффект будет зависеть от трех факторов: свойств самого агента, внешних, обусловливающих его действие, факторов (внешнее обусловливание) и эндогенных факторов обусловливания (эндогенное обусловливание). При этом все агенты обладают как специфическими свойствами, определяющими реакции организма, свойственные только данному раздражителю, так и неспецифическими стрессорными эффектами. Ясно, что поскольку все стрессоры имеют определенные специфические эффекты, они не могут вызывать одинаковый ответ во всех органах. Более того, даже один и тот же агент будет действовать различно на разные органы в зависимости от внутренних и внешних обусловливающих факторов, которые определяют их реактивность.

В стрессорных ситуациях организм может отвечать посредством: а) нервной системы, путем врожденных и условных рефлексов; сознательным планированием защиты и автономными реакциями; б) путем ретикулоэндогелиальной иммунологически-фагоцитарной системы (системы фагоцитирующих мононуклеаров — иммунной системы) посредством образования антител и активации системы фагоцитирующих мононуклеаров; в) путем гормональных механизмов, которые значительно влияют на специфические адаптивные ответы.

Роль вегетативной нервной системы в неспецифических реакциях защиты была подробно исследована американским физиологом Кенноном (Cannon Walter Bradford, 1871—1945). Он показал, что в основе этих реакций лежит рефлекторное возбуждение чревных нервов, что приводит к усиленному выделению надпочечниками адреналина в кровь (т.е. происходит активация симпатико-адреналовой системы), появлению вследствие этого ряда симптомов, характеризующих боль, ярость, страх (остановка движений кишечника, расширение зрачков, ускорение свертываемости крови, учащение дыхания, восстановление утомленных мышц, увеличение сахара в крови и т.д.). Биологический смысл всех этих реакций состоит в мобилизации всех сил организма на борьбу с угрожающей ему опасностью,

Следует признать, что термин «стресс» применительно к вопросам патологии, по-видимому, впервые ввел Кеннон, хотя целостное учение о стрессе было сформулировано гораздо позднее Г Селье.

Мобилизация иммунной защиты в условиях патологии в настоящее время изучена достаточно подробно. Эта система включается не только при инфекционной патологии, но и работает при большинстве экстремальных воздействий, Поскольку эти процессы составляют содержание самостоятельной науки иммунологии и в пределах данного раздела их осветить просто невозможно, мы на них не останавливаемся.

Наконец, третья группа реакций — обусловленных эндокринной системой — лежит в основе теории Г. Селье о cтpecce

Стресс-реакция может проявляться в виде двух синдромов:

1) генерализованного адаптационного синдрома — ГАС (общий адаптационный синдром — ОАС);

2) местного адаптационного синдрома — MAC.